I was more when I was alive
Posts with tagмарал
с виду такая интеллигенция, а по ночам тайно смотрит тупые телешоу.
- хватит себя так вести.
- если бы ты был на моем месте, то ты бы понял.
- я бы её пожалел.
- а я её жалела. тысячи раз. и она столько же беззаботно вытирала об меня ноги, воровала и врала. она мне ничего моего не оставляет, и это её даже в смущение не вводит.
Севви замолчал, а потом, качнув головой, чтобы отпугнуть летающую рядом муху, грустно и безнадежно сказал:
- это всё же не повод её презирать.
- повод.
её прожигали слёзы отчаяния.
она вырывалась, царапалась, кусалась, топала ногами, захлебывалась, падала, не понимала, размахивала руками, зарабатывала синяки, ревела, задыхалась, пыталась ухватиться за что угодно, вопила, кусала губы, в сотый раз терла заплаканные глаза, прижимала руки к груди, к сердцу, давилась, терялась, разрывалась, набирала воздух для вдоха, рыдала, громко, навзрыд, оглушительно.
(КРИЧИТ) забери меня
- что ты делала эти четыре минуты?
- сидела в тишине.
- ты просто маленькое сознание, мечтающее вновь подержать плод своих воображений за руку, снова уткнуться воображению в шею и дышать одним с ним воздухом. дышать этим запахом, который, как ты утверждаешь, имеет и твой гель для душа.
- это было не воображение, а человек!
он не слушал её.
- а сейчас ты печалишься, что реальность взяла тебя за руку, и ты ничего не почувствовала.
- это тоже человек!
- в то время как воображение давало лишь одним прикосновением ощущение целостности и нужности.
это даже грустно. ты готова целыми часами болтать о несущественной чуши, лишь бы удержать свои мысли в тайне.
- даже они в тебе не видят личности.
- заткнись.
- они в тебе тебя не видят, а ты молчать предлагаешь?
- заткнись.
- ползающие животные обычно не кошерны, но позволительно съесть червяка, обнаруженного внутри яблока.*
- они сравнивают тебя с другими?
- червь самопроизвольно возник внутри яблока, и поэтому является его частью.
- утверждение. не кошерны?
- ползающие животные обычно не кошерны, но позволительно съесть червяка, обнаруженного на дне души.
- а индивидуальность?
- а её и не было.
- грустно?
- грустно.

* - Э. Юдковски
- эй, открой дверь! - она стучит кулаками в дверь. в дверь без ручки. в дверь-уходи. в дверь-оставь меня в покое. - Севви, ну, выходи! я хочу погулять по цветочному саду в новогодний вечер, где будет играть граммофон с одной лишь пластинкой рождественских песен! ты со мной?
- уходи.
- ну, Севви, я не хочу уходить!
- тогда я уйду.
- нет, ты не понимаешь, - яростно замотала она головой. – когда я слишком много говорю, я несу всякую чушь. когда неделями молчу, люди думают, что у меня что-то случилось. а у меня же ничего не случилось, зачем им внушать ложное представление? а сейчас у меня период «говорения». я говорю, говорю, говорю и кажусь глупой и болтуньей. а я же и молчать могу. разве моя вина, что во мне накапливается, накапливается, а потом взрывается? и в итоге я выгляжу как какой-то… несдержанный, поверхностный человек. и слова-то бессмысленны, и такое потом чувство, когда хочется приложить руку ко лбу и думать: «ну и что ты творишь?». и, и, и вот.
- глупости, - Севви лишь меланхолично продолжил жевать. – ты забываешь главное.
- и что же я забываю? – чуть вздернула нос она. обиженно, негодующе.
- тебе должно быть всё равно, что подумают люди.
он с гордостью носил имя Севви.
не то чтобы у него был выбор, но раз она задумала в своих мыслях обращаться к нему с этой кличкой, то почему бы и нет?